Helsingin Sanomat (Финляндия): нам необходимо движение #Metoo, но губить людей нельзя, говорит Тарья Халонен

«Знаешь, какие журналисты — самые опасные?» — спрашивает президент Тарья Халонен (Tarja Halonen) в начале интервью.

Какие же?

«Мягкие. Дающие человеку возможность много говорить. Тогда можно наговорить что угодно».

Мы сидим в офисе Халонен. Похоже, экс-президент в хорошем настроении. Она поздоровалась, поинтересовалась, как у меня идут дела, и удостоверилась, что я не стал после недавнего отпуска слишком мягким.

Если не останавливать Халонен, происходит следующее: я задаю первый вопрос… И спустя час мы по-прежнему его обсуждаем.

Мой первый вопрос касается прав человека, демократии и правового государства — излюбленных тем Тарьи Халонен, которые она рассматривала в том числе и во время своего президентства.

«Да они вам уже надоели», — говорит Халонен. Используя местоимение «вы», Халонен обращается не лично ко мне, а к нам, журналистам. Пожалуй, немного надоели, признаю я.

Однако именно таков мой первый вопрос. В прошлом десятилетии права человека, темы демократии и правового государства казались однозначными и понятными. Сейчас ситуация изменилась.

Весной 2017 года организация по защите прав человека «Эмнести» (Amnesty) подсчитала, что за первые сто дней пребывания на посту президента США Дональд Трамп (Donald Trump) пытался ограничить права человека 100 раз. Сейчас Трамп находится на своем посту уже почти 700 дней, так что список подобных угроз стал гораздо, гораздо больше.

Администрация Трампа вышла из различных международных договоров. Например, из Парижского соглашения по климату, ядерного соглашения с Ираном и договора РСМД, ограничивающего использование ракет средней и меньшей дальности.

Таким образом Трамп пытается сделать все, чтобы нарушить многосторонний мировой порядок, который Тарья Халонен — как и многие другие политики — создавала в течение многих десятилетий.

«О, как я к этому отношусь?— говорит Халонен. — Каждое утро я стараюсь просыпаться оптимистичным лютеранином, но в течение дня сталкиваешься с серьезными испытаниями: к чему это все приведет?»

Несмотря на ежедневные испытания, Халонен не бросается критиковать Трампа.

«Мне не нравится клеймить окружающих. Думаю, что в международной политике следует избегать двух вещей: жертвенности и создания образа врага. Враги могут появиться и без этого. Нужно сосредоточиться на создании дружеских отношений».

По словам Халонен, на самом деле Трамп не является причиной проблем — скорее их следствием. Многое изменилось: неравноправие как влияние глобализации, финансовый кризис, социальные сети и многие другие часто упоминаемые причины.

По мнению Халонен, речь также идет о переосмыслении понятия власти. «Избрание Трампа основывалось не на невежестве американцев. Для них это был выбор в ситуации, когда собственное положение кажется уязвимым».

Политика «Вернем Америке былое величие» (Make America great again) — это способ защитить неустойчивое положение мировой державы.

«Эти идеи продают как патриотичность и независимость, но речь вовсе не о том. Все это говорит об эгоизме и замкнутости», ‒ говорит Халонен.

Таким образом, это не исключительное явление. История США всегда напоминала маятник — относительно того, как держава относится к себе и как — к окружающему ее миру. Время от времени она замыкается в себе. В 1950-х в стране преследовали коммунистов.

США всегда относились к международным договоренностям без особого энтузиазма. К примеру, Америка — единственная страна ООН, которая не ратифицировала Декларацию о правах ребенка.

Сильнее всего Халонен беспокоит влияние Трампа на окружающих. Национализм и эгоистичность скоро станут «новой нормой».

«Мы привыкаем к тому, что руководитель самой могущественной с экономической точки зрения страны мира — по крайне мере, на данный момент — если не каждый день, то хотя бы каждую неделю выходит из какого-нибудь договора, на котором базируется мировой порядок. К такому привыкаешь. Теперь он вышел еще из одного договора. И это даже не кажется таким шокирующим, как раньше», — говорит Халонен.

Уже сейчас заметно, что многие меньшие по размеру страны начали подражать Трампу.

«Руководители крупной державы имеют большое влияние — не через договоры, а через поведение. Это можно сравнить с ящиком Пандоры, который открывается и…»

Халонен обрывает свое предложение. «Посмотрим, что за этим последует». И что же за этим последует?

«Мы постоянно боремся. Не за то, чтобы построить лучший мир, а за то, чтобы все, достигнутое к этому времени, не обрушилось».

Человек, старающийся изменить мир в лучшую сторону, находится сейчас в совершенно новой ситуации. Направление течения изменилось — по крайней мере, на этот момент. Вместо развития происходит торможение.

Манера речи Халонен такова, что тема, конечно, становится для слушателя понятной, но из рассуждений бывшего президента тяжело набрать меткие цитаты. Однако они все же находятся. Например, когда Халонен произносит в интервью слово на «ф». Например, «фашизм».

«Сейчас появляются диктатуры в разных обличиях. И фашизм тоже. Это проблема нашего времени», — говорит Халонен.

Этот комментарий поражает. Слово «фашизм» из уст президента Финляндии редко услышишь. Особенно в разговоре о современных угрозах.

Халонен ссылается на новую книгу бывшего госсекретаря Америки и своей хорошей подруги Мадлен Олбрайт (Madeleine Albright) «Фашизм: предупреждение» (Fascism: A Warning).

Олбрайт была госсекретарем с 1997 по 2001 год в период президентства Билла Клинтона (Bill Clinton). Она была первой женщиной на посту госсекретаря США. В тот период Тарья Халонен была министром иностранных дел в Финляндии (с 1995 по 2000 год). Халонен тогда была первой женщиной на должности главы МИД Финляндии.

«В своей книге Олбрайт предупреждает: европейцы не замечают, что фашизм обычно приходит к власти демократическим путем».

По словам Халонен, такие «недемократические лидеры, избранные демократическим путем», в последние годы приходили к власти в восточных регионах Центральной Европы: в таких новых странах — членах ЕС, как Венгрия, Польша и Чехия.

«Я в какой-то степени несу ответственность за расширение ЕС. Я в свое время продвигала через Европейский совет этих нынешних „проблемных детей»», — говорит Халонен.

А ведь еще несколько десятилетий назад права человека не были чем-то очевидным и в самой Финляндии. Особенно активно замалчивались нарушения прав человека в Советском Союзе.

Финляндия была последней страной Западной Европы, которая вошла в Европейский совет. Это произошло в мае 1989 года, всего за шесть месяцев до падения Берлинской стены. Тогда Советский Союз начал трещать по швам. Тогда же Финляндия присоединилась к Европейской конвенции по правам человека.

Советскому Союзу Европейский совет не нравился. Ведь он сосредоточился на правах человека и строго осуждал их нарушения в СССР и Восточном блоке.

«В годы холодной войны наблюдался сильный раскол. Западный мир говорил о гражданских и политических правах, восточный мир — об экономических, социальных и культурных правах и свободах», — говорит Халонен.

По образованию Халонен — юрист.

КонтекстТарья Халонен больше не звонит ПутинуIltalehti.fi15.12.2017Эстонцы знают Россию лучше, чем финныUusi Suomi18.08.2017Алеппо — одно дело, а Мосул — другое?Helsingin Sanomat03.11.2016Президент Халонен: ‘Авторитет Финляндии в России больше, чем у других небольших государств-членов ЕС’Turun Sanomat08.04.2005

Гражданские и политические права — это так называемые права на свободу, которые гарантируют человеку, в том числе, право на жизнь, свободу, неприкосновенность частной жизни и справедливое судебное разбирательство. К ним также относятся права на свободу слова, свободное передвижение и вероисповедание.

К экономическим, социальным и культурным правам и свободам относятся, в том числе, право на жилище, медицинскую помощь, право на образование, право на безопасные условия труда и зарплату.

«Когда пала Берлинская стена и у холодной войны появился обозримый конец, в кругу ООН начали говорить об обеих группах прав. Больше не было разделения на „или-или», было только „и то, и другое»», ‒ говорит Халонен.

Халонен с энтузиазмом приняла участие в работе Европейского совета. Она была вице-председателем парламентской комиссии Финляндии с 1991 по 1995 год, и позже работала в министерской комиссии.

Европейская конвенция по правам человека вызвала большие перемены в том числе и в законах Финляндии. Изменения, последовавшие после появления этого и ряда других договоров, были внесены в законодательство страны в 1995 году.

Эта перемена была грандиозной, но ее значение осознавали плохо.

Когда в 1995 году Халонен назначили на пост министра иностранных дел, она спросила об отделе по вопросам прав человека. Его не было.

Халонен сказала, что такой необходимо создать.

В министерской комиссии это вызвало протест. И это несмотря на то, что Финляндия недавно вступила в ЕС и в министерствах иностранных дел всех других стран ‒ членов союза, не считая Люксембург, существовал отдел по вопросам прав человека.

Халонен заверила чиновников, что речь идет не о ее личной идее, которая взбрела ей в голову, а о Евросоюзе и Европейском совете. «Я сказала им, что это не прихоть лично Халонен. Когда я уйду, от этого отдела вы не избавитесь».

«Мы формально стремились к Западу, но те ценности, которые существовали в свободном мире, еще не закрепились в Финляндии», ‒ говорит Халонен.

Однако вернемся к нашим дням.

Тарья Халонен покинула пост президента уже около семи лет назад. В канун Рождества ей исполнилось 75 лет.

И хотя возрастная граница выхода на пенсию уже давно позади, у Халонен по-прежнему много работы. В течение года она находится в командировках 130-140 дней.

Перечень нынешних международных задач Халонен очень большой. Если распечатать весь список, он не уместится на одном листе.

В общей сложности Халонен является участником 17 различных международных форумов, советов и групп. Среди них, к примеру, Римский клуб, Мадридский клуб, Совет мировых лидеров по вопросам репродуктивного здоровья, Совет бывших руководителей государств и правительств «Интерэкшн Каунсил» (InterAction Council) и Комиссия советников высокого уровня по посредничеству, учрежденная генеральным секретарем ООН.

В Финляндии она является председателем правления Хельсинкского университета, председателем совета управления Всемирного фонда дикой природы (WWF) и председателем руководства Финской национальной галереи.

Пожалуй, самой неожиданной должностью для Тарьи Халонен является позиция в управлении «Томсон Рейтер Фаундерз Шер Компани» (Thomson Reuters Founders Share Company). Это организация, связанная с канадско-британским медиа-гигантом «Томсон Рейтер».

«Фаундерз Шер Компани» была основана во время Второй мировой войны, в 1941 году, когда владельцы «Рейтер» опасались, что военная цензура и пропаганда могут нанести урон статусу новостного агентства. Задача новой организации заключалась в том, чтобы контролировать независимость и правдивость информации «Рейтер», и она по-прежнему продолжает этим заниматься. В нынешние времена фейковых новостей это кажется важным.

В руководство компании также входит бывший руководитель Всемирной торговой организации (ВТО) Паскаль Лами (Pascal Lamy).

«Ты читал золотой справочник журналиста „Рейтер»?» ‒ спрашивает Халонен.

Ээ… Ну, я, конечно, знаю, что такой существует.

Халонен говорит, что в руководстве «Рейтер», к примеру, учат, какие глаголы нужно использовать после цитат собеседника.

«Нельзя писать „он утверждает». Это оценочный глагол», ‒ хмм… говорит Халонен.

Из окна переговорной комнаты офиса Халонен открывается вид на парк Токойнранта в районе Хаканиеми.

За деревьями высится офисное здание «Юмпюрятало» (Ympyrätalo), в котором находится офис Социал-демократической партии Финляндии. После завершения карьеры президента Халонен вновь стала членом Социал-демократической партии.

«Пентти более активный партиец, чем я. У него больше важных задач в партии», — говорит Халонен. Пентти — это, конечно, Пентти Араярви (Pentti Arajärvi), супруг Халонен.

В ноябре Араярви переизбрали на следующий срок на пост представителя партии в Хельсинки. Араярви также занимает пост в городском совете Хельсинки.

Почему же Тарья Халонен не хочет взять на себя ответственные партийные задачи?

«Мне это не удалось. В свое время я даже не смогла стать вице-председателем женского объединения демократов», ‒ говорит Халонен. Говорят, что ей помешала политик Лииса Яаконсаари (Liisa Jaakonsaari).

Настоящий «общественный дом» Халонен находится в здании Центрального союза профсоюзов Финляндии (SAK) недалеко от площади Хаканиеми.

В день проведения интервью депутат Харри Харкимо (Harry Harkimo) в своей колонке еще раз выступил с требованием ликвидации налоговых привилегий для профсоюзов. Это взволновало Халонен.

После недолгих возмущений Халонен рассмеялась.

«Старый синдикалист вышел наружу».

Синдикализм — направление рабочего движения, которое базируется на деятельности профсоюзов. Халонен была юристом Центрального союза профсоюзов Финляндии все 1970-е годы.

Благодаря движениям профсоюзов, по мнению Халонен, сформировались основы социальной справедливости, такие как пенсионная система и система медицинского страхования.

Халонен говорит, что профсоюзы и другие гражданские организации создали основу для политической системы.

Халонен участвовала в различных гражданских организациях, начиная с 1960-х. Халонен боролась за права представителей разных меньшинств: людей с психическими заболеваниями, одиноких родителей, детей, заключенных, сексуальных меньшинств, цыган…

Избрание Тарьи Халонен на пост президента в 2000 году было своего рода неожиданностью. Она была социал-демократом левого крыла и занималась в первую очередь вопросами отношений с зарубежными странами и правами меньшинств. То есть она не занималась основными вопросами.

Халонен была президентом два срока подряд. Во время первого срока, в первые шесть лет, она была очень популярна. Опрос «Хельсингин Саномат» (Helsingin Sanomat), проведенный в конце 2002 года, сообщал, что 89% ответивших посчитали, что Халонен справляется со своими задачами хорошо или очень хорошо.

Халонен не хочет углубляться в обсуждение причин своей популярности среди граждан Финляндии. Говорит, это дело исследователей политики. Халонен лишь думает, что на популярность, вероятно, повлияла ее естественность, «близость к народу».

У нее был образ отзывчивого человека, к которому можно легко обратиться. Ее можно было встретить в обычном финском магазине тканей или одежды. Она была одной из нас.

«Одна из нас» (Yksi meistä) — название биографии Халонен, вышедшей в 2005 году.

«В этом были и минусы. Я так и не поднялась до так называемых президентских мерок».

До так называемых президентских мерок.

Халонен ухмыляется, когда замечает мое удивление. Это так Халонен иронизирует.

Во второй срок популярность Халонен не была настолько всеобщей, как во время первого срока.

«На выборах 2006 года меня обвинили в том, что я только улучшаю мир и не учитываю интересы Финляндии. Конечно, я пыталась сказать, что кусочек Финляндии в этой единой картине во многом зависит от того, какова эта целостность», ‒ говорит Халонен.

Во втором туре предвыборной гонки Халонен обогнала Саули Ниинистё (Sauli Niinistö). И хотя был четкий разрыв, 52-48, кампания Ниинистё была перспективной и привлекательной. В непосредственный день проведения выборов Ниинистё даже получил чуть больше голосов, чем Тарья Халонен.

Успех Ниинистё придал уверенности партии «Национальная коалиция», и в то же время отношение к Халонен изменилось. Критика президента стала главным вариантом досуга у сторонников буржуазных взглядов.

Во время второго срока Халонен критика СМИ стала только сильнее. Во многих статьях ее представляли как сердитого и притесняющего подчиненных руководителя. Статьи основывались на словах анонимных источников, что до сих пор огорчает Халонен. Она начинает ворчать об одной из статей «Суомен Кувалехти» (Suomen Kuvalehti), но мы не будем на этом сосредотачиваться.

Определенная чувствительность, должно быть, является особенной чертой тех, кто занимает пост президента. Многие президенты тоже довольно болезненно относились к словам СМИ.

Насколько же Тарья Халонен была собой, когда была президентом?

«Порой я была под давлением шляп и портфелей. Есть два аспекта, которые ограничивают. Еще одно ограничение — протокол, который определяет, что можно делать, а что — нельзя. Можно лишь немного от него отступить и действовать иначе».

Похоже, Халонен была очень осторожным президентом. Комментарии Халонен часто были подчеркнуто сдержанными. Например, она воздерживалась от употребления в своей речи понятия «феминист».

«Я признаю, что сузила свой выбор слов. Потому что в Финляндии феминизм всегда рассматривали неверно. Сейчас я пытаюсь осторожно вернуть его в использование. Мужчина тоже может быть феминистом — правда, мужчинам лучше говорить о равноправии полов и поиске новых гендерных ролей».

Как Тарья Халонен отнеслась к кампании #metoo?

«С радостью и волнением».

#Metoo — это движение, появившееся в США, выступающее против сексуального насилия и домогательств. Халонен воодушевляет то, что вместе с кампанией наконец были подняты вопросы неправильных ролей и моделей поведения, которые оставались без внимания уже многие десятилетия. «Мы знали, что они существуют, но по какой-то причине считалось, что они относятся к системе».

Халонен также воодушевляет то, что кампания раскрывает определенное ханжество. Финляндия и другие западные страны подчеркивают идею равноправия в обществе и рассказывают, как все должно быть.

«А если копнуть глубже, выясняется, что у нас в стране тоже нужно многое исправить в вопросах равноправия».

Халонен говорит, что ее беспокоит в кампании #metoo то, что временами «обвинения в адрес мужчин напоминают инквизицию». «Особенно когда в прессе повторяют, что надо раскаяться».

«У каждого человека должно быть право изменить свои привычки и заметить свои ошибки. У нас нет права губить людей. Я хочу это подчеркнуть: у нас нет права губить людей. Людям также надо давать право измениться в лучшую сторону и исправить свое поведение».

Как Тарья Халонен взаимодействует с феминистами молодого поколения?

«Хорошо».

Для феминизма нового поколения очень важно, чтобы термины и слова были подобраны очень точно.

«В этом есть что-то ортодоксальное. Я не знаю, всегда ли мне удается подобрать правильные термины. Я отношусь к той группе, которая говорит о „меньшинствах», чтобы не запоминать, в каком порядке стоят эти буквы».

Так Халонен намекает на аббревиатуру ЛГБТ, обозначающую лесбиянок, геев, бисексуалов и трансгендеров.

После окончания президентского срока Халонен провела зимний семестр 2015 года в Гарварде, будучи гостевым лектором. Она рассказывает, что многие американцы удивлялись тому, как ей удалось стать президентом.

Ведь она представляет меньшинства, которые даже вместе не могут стать большинством.

«Следует помнить, что рядом с меньшинствами существует и еще и молчащее меньшинство, большее по численности. У людей, относящихся к меньшинствам, есть близкие: дети, супруг, отец, мать, братья и сестры».

Халонен подчеркивает, что финны очень здраво подходят к вопросу прав меньшинств. В Финляндии даже приняли новый закон о браке.

«Я не говорю, что здравомыслие финнов — это прививка, действие которой сохраняется вечно. Я не говорю, что мы были такими всегда. Однако пока это потрясающим образом работает», — говорит Халонен.

Халонен рассказывает, что ее мировоззрение сформировалось в доме ее детства. В свое время мать научила ее, что лучше говорить не «я», а «мы».

«Не помню, чтобы я когда-нибудь была на доминирующей стороне. Я всегда на стороне более слабых, на стороне сдержанного участия», — говорит Халонен.

Родом из дома и вторая главная позиция Халонен.

«Моя мать учила меня, что никогда нельзя бояться тех, кто больше, или унижать тех, кто меньше».

Источник: inosmi.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.