Ярослав Ажнюк, основатель, гендиректор Petcube: у украинцев потенциал для бизнеса чуть ли не в ДНК заложен (Укрiнформ, Украина)

Ярослав родился в 1989 году в Киеве. С 11 до 18 лет был в «Пласте». Поступил в Киевский политехнический институт на прикладную математику. Еще во время учебы начал заниматься общественной и предпринимательской деятельностью. Основал компанию по интернет-маркетингу и общественную организацию для популяризации возможностей Сети, которая впоследствии воплотилась в серию конференций.

В 2012 году друг Ярослава Александр Нескин создал простое на первый взгляд устройство. Соседи жаловались на лай его собаки, Рокки, потому что он скучал дома, пока Александр был на работе. Поэтому он сконструировал камеру с лазерной указкой, благодаря которой мог дистанционно, через Интернет, играть со своим домашним любимцем. Устройство настолько понравился всем друзьям и коллегам, что ребята решили превратить идею в бизнес. Вместе с главным дизайнером Андреем Кленом они основали компанию и начали работу над созданием прототипа для серийного производства.

На разработку ушло четырнадцать месяцев, включая учебу в Китае, по итогам которых они разместили свою идею на Кикстартере — американском сайте для сбора средств по принципу краудфандинга. Проект быстро набрал больше необходимых 250 тысяч долларов — и бизнес начался.

«Petcube» (Петкьюб), как любая хорошая идея, начал набирать обороты бешеными темпами. Уже в 2013-м он был признан лучшим украинским стартапом, в 2014-м — лучшим стартапом Европы по версии «Юропс» (The Europas). На сегодня Petcube — это успешный бренд, который предлагает пользователям несколько типов устройств, социальную платформу, разрабатывает алгоритм анализа поведения животных с элементами искусственного интеллекта. Ярослав вошел в список самых успешных молодых украинцев по версии Форбс «30 до 30-ти». За это время компания собрала более 14 миллионов долларов инвестиций, продала сотни тысяч устройств в 18-ти странах. Сейчас их можно купить в более чем трех тысячах магазинов, и в США о них знают, пожалуй, большинство владельцев животных. Офисы компании находятся в Киеве, Сан-Франциско и Шэньчжэне, а маркировка на самих продуктах отмечает «Разработано в Украине, собрано в Китае».

Мы пообщались с Ярославом Ажнюком не только о том, как вывести кошек и собак в онлайн, но и о ценностях, моделях экономического развития, Майдане, многомерных фронтах современной Украины и будущем.

Вывести домашних животных в интернет

— Укрiнформ: Чего удалось достичь за эти годы после создания Petcube, и чем он является сегодня?

— Ярослав Ажнюк: Когда мы основывали компанию, перед нами встал вопрос: «О’кей, у нас есть идея продукта, камеры с лазером, но можно ли из этого сделать бизнес?» Мы потратили тогда определенное время, чтобы исследовать вопрос и выяснить, есть ли тут действительно возможность для крупного бизнеса.

В 2011 году в «Уолл стрит джорнал» (The Wall Street Journal) вышла известная статья Марка Андриссена (американский инженер, инвестор, предприниматель, соавтор первого популярного браузера NCSA Mosaic — ред.), которая называлась «Почему программное обеспечение съедает мир» (англ. «Why software eats the world» — ред.). В ней Андриссен очень метко сформулировал тренды глобальных изменений, которые приходят с технологической революцией. Его идея заключалась в том, что весь мир будет переизобретен, индустрия за индустрией, с использованием новых возможностей программного обеспечения, интернета, мобильных технологий.

Мы видели, что в сфере мобильных товаров для животных нет ни инноваций, которые стали возможны благодаря этой технологической революции, ни сильного бренда, который бы имел такое доверие и безусловную любовь людей, как, например, «Найк» (Nike) в сфере одежды или «Эппл» (Apple) в сфере электроники. И мы увидели огромную возможность в этом простом устройстве, камере для удаленного общения с домашним животным. Важно, что это интерактивное общение, которое дает возможность взаимодействовать, а не только односторонне пользоваться камерой. По нашей задумке, устройство должно было стать таким себе смартфоном для домашнего животного, с которого он может выходить онлайн.

Сейчас наша миссия — подсоединить животных к интернету и дать им голос

Наша концепция с 2012-го года заключалась именно в подключении домашних животных к интернету. Когда миллионы животных будут онлайн и к ним ежесекундно будет доступ, когда можно будет поделиться ими со своими друзьями, а мы будем получать постоянную информацию о животных, появляется основа для создания платформы. На ней уже другие игроки, другие бизнесы смогут взаимодействовать с этими животными. Они смогут создавать дополнительную ценность — это вытекает из опыта Фейсбука, Гугла, позже — «Убер» (Uber). Такова была гипотеза, и она, на удивление, понемногу сбывается.

Сегодня наша миссия — подсоединить животных к интернету и дать им голос. Под словосочетанием «дать голос» подразумевается понять животных. Мы, собственно, уже начали это делать. В прошлом году мы запустили функцию, которую называем «поведенческая диагностика». Благодаря ей мы анализируем поведение животных, которых видим. Ведь мы продали уже сотни тысяч камер, которые собирают достаточно много информации. Наши алгоритмы ее анализируют и уже способны «видеть» кошек, собак, людей, различать лай, мяуканье. Сейчас мы стремимся распознавать аномалии в поведении. Это даст нам возможность рекомендовать людям пойти к ветеринару, чаще выгуливать собаку, или, например, если у животного недостаточно активности, повышать ее.

В будущем мы стремимся создать три этапа взаимодействия. Первый — физические устройства: камеры, умные кормушки, умные ошейники, которые отслеживают GPS, местонахождение и активность животного. Кроме очевидной ценности, которую они дают людям, они также собирают информацию о животных. Второй этап — анализ данных, который позволяет, собственно, понимать язык животных. Ну, не язык, но понимать животных. Третий этап — конкретные услуги и продукты, которые мы можем рекомендовать владельцам животных, основываясь на понимании их домашних любимцев.

Видим себя движущей силой, которая должна привести эту индустрию в XXI век

Именно в такой операционной системе для животных мы видим будущее этой индустрии, и мы ее понемногу строим. Мы уже имеем физические устройства «Петкьюб байтс» (Petcube Bites) и «Петкьюб плэй» (Petcube Play). С первым мы работаем в партнерстве с рядом производителей еды для животных. Мы уже вышли и на уровень алгоритмов и умеем различать компьютерным зрением животных, записывать их активность, скоро сможем видеть аномальные паттерны поведения. Наконец, мы уже имеем платформу «Петкьюб кейр» (Petcube Care), где сотрудничаем с более чем 30 компаниями, которые продают разные классные продукты для домашних животных: страховки, ветеринарные услуги, еду, и даже менее распространенные — например, ДНК-тесты для кошек и собак.

Мы видим себя движущей силой, которая должна привести эту индустрию в XXI век, там, где ей и положено быть.

— Бывает, что в процессе разработки и масштабирования бизнеса изобретаете интересные побочные технологии? Например, разрабатывая алгоритмы, я предполагаю, что вы также разрабатываете элементы распознавания?

— Да, именно то, что называется искусственным интеллектом. Мы уже имеем распознавание образов, компьютерное зрение (англ. «computer vision» — ред.), для которого используем нейронные сети. Определение аномалий, которое мы сейчас разрабатываем — это тоже искусственный интеллект.

Военный, дипломатический, экономический фронты Украины

— Petcube был основан в 2012-м году. А уже через год началась Революция Достоинства. Ты принимал в ней участие?

— Я был на Майдане физически только очень короткое время — в декабре 2013-го, после того, как побили студентов, но до основных событий. В начале января 2014-го я уехал в Соединенные Штаты создавать офис Petcube. Именно тогда я переехал и с тех пор большую часть своего времени провожу здесь.

— Не сложно было наблюдать за событиями издалека?

— Конечно. Я очень хорошо помню эти дни, когда сидел буквально приклеенный к лентам «Украинской правды», Твиттера, Фейсбука, постоянно обновлял их, не мог спать, не мог работать, не мог думать ни о чем другом.

КонтекстЧетыре истории бизнесменов в Италии (Hromadske)Hromadske02.10.2018Вляпаться в Украину. Как мировые бизнес-гиганты портят репутацию из-за работы у насВести.ua21.01.2018Как в Украине ищут «агентов России» и отжимают у них бизнесАпостроф18.11.2017Почему на Украине невозможно вести бизнесВести.ua17.08.2017

Для меня, как и для многих из нас, тогда происходило что-то важное. У меня были странные ощущения. С одной стороны, думаешь: «Что я делаю здесь, в Америке? Мне надо валить обратно и быть со всеми». Там сидит твоя команда, человек пятнадцать, и они тоже: днем в офисе, ночью — на Майдане.

Для многих людей в стране наш опыт может быть моделью для подражания

А с другой стороны, понимаешь, что хорошо, тебе выпала возможность создать компанию, которая станет прорывной для Украины. Примером для многих. Примером того, как трое ребят из Киева могут создать ценность для мира, не воруя, не приватизируя что-то, а именно создавая.

Для многих людей в стране наш опыт может быть моделью для подражания. Вместо убеждения «не украдешь — не проживешь», которое, к сожалению, до сих пор служит путеводной звездой для многих украинцев, которые смотрят на коррумпированных депутатов, чиновников, воров. Как-то я ехал на поезде в обычном украинском плацкартном вагоне, и одна бабушка мне сказала: «Вот если бы ты, сынок, был депутатом, ты бы тоже воровал». Это, на самом деле, иллюстрирует — что у людей в головах. Потому что они не видят других примеров. Именно поэтому так важно, чтобы в современной Украине предприниматели создавали классные ценные бизнесы. Показывали, как добиваться успеха в жизни, быть довольным тем, что делаешь, иметь уважение, деньги и быть счастливым.

Наша команда время от времени обращается к этой идее. В нашей стране есть экономический фронт, есть дипломатический фронт, юридический фронт. Каждый должен делать свое ради общего успеха. Есть люди, которые сейчас находятся на настоящем военном фронте — ради того, чтобы другие люди закладывали фундамент будущей Украины. События 2014-го года повлияли не только на меня, а на всю команду. Теперь мы должны довести нашу часть до конца и показать, что все это — не зря.

— Некоторые говорят, что со времен Майдана за пять лет ничего не изменилось, а есть еще и такие, которые говорят, что стало только хуже. Интересно, какова твоя оценка?

— Нельзя оценивать эти события с точки зрения цены хлеба в магазине. И говорить, мол, хлеб подорожал после Майдана, стало только хуже. Конечно, экономическое положение большой части людей в стране ухудшилось. Этим фактом нельзя пренебрегать или относиться к нему свысока и говорить, мол, эти люди ничего не понимают. Но вопрос заключается в том, где причина, а где следствие. Именно ли Майдан стал причиной? Или скорее трудности, с которыми столкнулась Украина, война, Крым, экономический кризис является следствием того, что коррумпированная власть Януковича системно разваливала страну? Я так на это смотрю.

С исторической перспективы Украина в очередной раз показала себе и всему миру, что она является страной свободных людей. Вот некоторые мои друзья-россияне — а точнее, российские либералы, которые уже и сами превратились в такой себе архетип, — говорят: «Украина вообще супер, но мы же то в принципе — один народ, не так ли?» Когда мне такое говорят, я привожу несколько примеров, которые заставляют задуматься. Украинцы исторически всегда критически относились к центральной власти и старались держать ее под контролем. Это приводило к лучшим или худшим последствиям, но такая традиция тянется еще от древлян, которым княгиня Ольга мстила, сжигая их села, до Гетманщины, когда говорили, что «где два украинца, там три гетмана», до Центральной Рады, и до трех Майданов за последние тридцать лет. Несомненно, украинцы идут путем глубинных демократических преобразований. От Конституции Пилипа Орлика и до событий последних лет. В этом мы принципиально отличаемся от россиян, которые традиционно склонны признавать власть. Царя, коммунистов, Путина и так далее.

Является ли эта модель государства более выигрышной в долгосрочной перспективе? Я считаю, что да.

Я убежден, что каждый украинец, который хочет добра своей стране, должен мыслить стратегически и долгосрочно. В таком масштабе мышления, конечно же, Революция Достоинства — важный шаг вперед. Невозможно игнорировать, что в стране идут реформы, что страна получила безвиз. Конечно же, есть много трудностей. Но, знаешь, люди хотят, чтобы по мановению магической палочки все изменилось за несколько лет. Так не бывает. В то же время нормально, когда в массах есть разочарование. Это естественно.

Как сделать так, чтобы Украине удалось?

— Из книг, которые ты читаешь, очевидно, что ты разделяешь западные ценности, и в частности, капиталистические ценности. По твоему мнению, капитализм — это наилучшая модель для нашего государства?

— Ты знаешь, это, на самом деле, очень важная дискуссия, которой в Украине немного не хватает. Дискуссия о модели экономики и социальном устройстве. Где мы находимся с точки зрения свобод человека и экономических свобод — слева или справа.

Я не могу сказать, что полностью разделяю правые экономические взгляды. Безусловно, капитализм — это экономическая модель, которая победила. Здесь можно многому научиться и у Соединенных Штатов, и у Китая. Но, во-первых, каждая страна индивидуальна и должна адаптировать любую модель под себя. Во-вторых, когда мы говорим, что капитализм победил, возникает вопрос — в чем? Китай и США, безусловно, две самые мощные экономики в мире, что обеспечивает их военную мощь. Но по уровню счастья населения, средней зарплате, уровню бедности — они не среди лидеров. Есть также очень интересная модель скандинавского социализма. Хотя пока не понятно, оправдает ли она себя в долгосрочной перспективе или в военном плане в масштабе сотен или тысяч лет.

Надо иметь сильную экономику в Украине. И один из самых очевидных шагов, который лежит на поверхности — снять наконец этот несчастный мораторий на продажу земли. Есть замечательная книга, о которой мы недавно упоминали на событии в Нью-Йорке, «Почему Азии удалось» (англ. How Asia works — ред.), в которой говорится о скачке «Азиатских тигров», сравниваются такие страны как Индонезия или Таиланд, которым не очень удалось, с, например, Южной Кореей и Японией. Именно рынок продажи земли был одним из основных драйверов их роста, вместе с тяжелой промышленностью, регулированной и дисциплинированной банковской сферой. Именно эти факторы отличают успешных «Азиатских тигров» от менее успешных стран Юго-Восточной Азии. Как по мне, это самая насущная экономическая потребность Украины. Очевидно, что нужны и верховенство права и справедливые суды.

Еще одна особенность Украины заключается в том, что у нас чуть ли не в ДНК заложен потенциал для развития малого и среднего бизнеса. Вот эта фраза, «Где два украинца, там три гетмана», на самом деле свидетельствует о том, что украинцы хотят делать свое дело. Если создать нормальные условия, или просто не мешать, убрать барьеры, мы можем получить очень интересные результаты.

Вместе с тем, в ряде сфер необходим протекционизм. Другая умная поговорка отмечает: «Делай не то, что британцы говорят тебе делать, а то, что они делали до того, как начали говорить, что тебе делать». Нельзя бездумно бежать и выполнять все указания.

— Из опыта, насколько улучшились или ухудшились условия для ведения бизнеса в Украине с 2014-го и по сей день?

— Насколько улучшились или ухудшились условия для Petcube в Украине?

— Да, из ваших собственных наблюдений. Среда. Возможности. Коррупция. Вы сталкиваетесь с коррупцией?

— Абсолютно нет. Ноль случаев. Ну, очень редкие. На таможне были какие-то задержки. Но мы железобетонно сказали, что ничего платить не будем — и обошлись без всяких взяток.

— А часть людей говорит, что в Украине просто-таки невозможно работать, потому что везде коррупция и преграды. По вашему опыту — это не так?

— У нас такого не было. Безусловно, некоторые бизнесы сталкиваются с коррупцией чаще, чем мы.

Может быть, конечно, позиция «борца за справедливость»: «Хватит, здесь взяточничество, я не буду работать, я не буду развивать бизнес, я бегу из этой страны». Как по мне, это позиция слабых людей. Позиция сильных заключается в поиске возможностей — даже понимая, что порой придется идти на компромиссы. Но идти на них можно только с целью, чтобы в итоге все равно победило добро. Я считаю, что добро должно быть с мечом и щитом, агрессивное. Тогда оно будет стоять с кровавым мечом на теле побежденного зла. По-другому не может быть. Если этого не произойдет, то будет наоборот. Зло будет с тем самым кровавым мечом на теле побежденного добра. Понимаю, что моя позиция может быть непопулярной среди некоторых борцов за справедливость. Но я убежден, что надо бороться за конечный результат.

Создавать что-то ценное для мира

— Какие ценности ты считаешь главными для себя, и какие — для Украины?

— Человечество думало о ценностях на протяжении тысяч лет, и они легли, в частности, в основу всех мировых религий. Я христианин по рождению и воспитанию. Мне близки христианские ценности и заповеди. Я придерживаюсь десяти заповедей и семи смертных грехов, когда думаю, как работает мир, или что побуждает меня к действиям, какие искушения могут меня подстерегать.

Чтобы быть счастливым, надо создать что-то ценное для мира

Думаю, это хороший ценностный ориентир и то, что синхронизирует всю страну. Поскольку она у нас преимущественно христианская. Есть и крымские татары — но мусульманские ценности, в целом, тоже не слишком далеки от христианского учения.

Человеку, чтобы быть счастливым, надо создавать что-то ценное для мира. Речь идет о чем-то несколько шире, чем «ценности». Создание чего-то ценного для мира влечет за собой ряд прекрасных побочных эффектов. Это приносит человеку счастье и удовлетворение от жизни. Это приносит другим людям пользу и счастье. Это, как правило, приносит деньги человеку, который создал ценность для мира. Это приносит ему уважение других людей. Мне кажется, что когда люди живут, стремясь делать что-то ценное и хорошее для мира, они становятся счастливыми. Как сказал один мой хороший друг, «Деньги, слава и власть — это три вещи, которые никогда не сделают тебя счастливым». Все они должны быть побочным эффектом создания чего-то ценного для мира. А создавая это ценное, надо помнить, что — «не убий», «не укради» и так далее.

— Какую книгу ты можешь посоветовать нашим читателям?

— «Высокоэффективный менеджмент» (англ. High Output Management — ред.) Эндрю Гроува. Это лучшая книжка по менеджменту среди тех, которые я читал. Думаю, ее должен прочитать каждый менеджер, независимо от уровня. Эндрю Гроув — это генеральный директор компании «Интел» (Intel), венгерский эмигрант, который в 19 лет приехал в Нью-Йорк. Не зная языка, он выучился на сложном физическом факультете. Попал в Силиконовую долину, стал одним из основателей Intel, был руководителем этой компании во времена ее расцвета, когда она была одной из мощнейших мировых корпораций, и делая это — нашел время написать книгу. Выдающийся человек. Идеал и ментор для многих предпринимателей Силиконовой долины. В том числе Марка Цукерберга. Когда жена спросила у него, какую одну книгу он может ей посоветовать, Цукерберг указал именно на эту.

Также для тех, кто не читал — особенно в Украине будет полезно прочитать — Айн Рэнд «Атлант расправил плечи» и «Источник». Найдется, наверное, много желающих бросать в меня камнями за эту рекомендацию. Это контраверсийная книжка. Я призываю людей также почитать всю критику на нее. Но только после того, как прочтете само произведение. Для людей, которые выросли в постсоциалистической, посткоммунистической стране, это просто-таки обязательно. Такое чтение должно быть включено в школьную программу. Как таблетка от советского наследия.

— Ты допускаешь, что когда-нибудь будешь заниматься политикой в Украине?

— Не исключал бы. Возможно. Думаю, я буду заниматься тем, от чего будет больше пользы. Меня, безусловно, интересует общественно-политическая жизнь в Украине. Сейчас я просто могу принести Украине больше пользы, занимаясь бизнесом.

Источник: inosmi.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.