MintPress News (США): мусульмане и рабочий класс во Франции — брошенные на произвол судьбы естественные союзники «желтых жилетов»

Антиправительственные выступления «желтых жилетов» уже стали историческими, выделяясь своим размахом, продолжительностью и интенсивностью; и хотя мусульмане составляют от пяти до десяти (5-10) процентов населения Франции, средства массовой информации не уделяют почти никакого внимания взаимодействию между этими двумя силами. 

Погуглите на французском или на английском языке, и вы не найдете почти ничего. Я долго искал в надежде подготовить материал на эту тему для иранского новостного телеканала «Пресс ТВ» (я их парижский корреспондент). Но я не нашел ничего, от чего можно было бы оттолкнуться и начать свой текст. 

Такое молчание объясняется четырьмя ключевыми причинами. Но в основном оно вызвано тем, что беды и невзгоды мусульман и «желтых жилетов» очень похожи. Французские СМИ игнорируют мусульманское сообщество, а вместо правдивого рассказа о положении мусульман во Франции искажают факты, предпочитая сосредотачиваться на связанном с этой темой насилии. Точно так же они игнорируют истинный смысл борьбы «желтых жилетов», отдавая предпочтение «вкусным» сценкам в духе бульварной прессы. 

Я несколько лет веду беседы с Нагибом Азерги (Nagib Azergui), который основал «Демократический союз французских мусульман». Эта партия является самой реальной надеждой для мусульман Франции, и она наверняка получит места на выборах в Европарламент, которые состоятся в мае. Во-первых, это не исламисты и не сторонники политики разобщения по этно-религиозному признаку. Эти люди выступают за улучшение жизни всех французов. Во-вторых, они взялись за тяжелую работу, пытаясь дать мусульманам достойное место во внутренней политике Франции. Мы с Азерги обсуждали вопрос о том, почему СМИ не освещают деятельность мусульманских «желтых жилетов», а также ту поддержку, которой «желтые жилеты» пользуются в мусульманской общине Франции.

Французские мусульмане присоединяются к «желтым жилетам»

Я долгие месяцы освещаю демонстрации «желтых жилетов» и смею вас уверить: среди «желтых жилетов» очень много мусульман.Так почему же возникает впечатление, что мусульмане не участвуют в этом движении? Единственное, что мы слышим по этому поводу: «Ах, как жаль, что на протесты приходит так мало мусульман». «Такие же жалобы мы слышали во время марша под лозунгом „Я — Шарли», — сказал Азерги, вспоминая нападение на редакцию сатирического журнала „Шарли Эбдо» в 2015 году. — Но я был на марше вместе со своими детьми, и я видел там много мусульман».
Азерги попадает в самую точку, рассказывая о том, почему французские СМИ при свете дня не могут разглядеть мусульман в рядах «желтых жилетов». Все дело в том, что задействованные на освещении митингов средства массовой информации не отличаются позитивными взглядами на ислам и мусульман. Мне кажется, такие заявления раскрывают подсознательное представление этих комментаторов о французских мусульманах. Они ждут, что мы появимся на митингах и шествиях в хиджабах и паранджах, с бородами, в африканской одежде, что мы будем скандировать лозунги и нести плакаты на арабском языке. Но такие мусульмане просто не являются типичными представителями ислама во Франции.КонтекстAtlantico: Франция возвращается к забытым чувствамAtlantico17.04.2019Repubblica: новый антисемитизм сближает жителей пригородов и исламистовLa Repubblica24.02.2019

Таким образом, первая причина ложного представления о том, что среди «желтых жилетов» нет мусульман заключается в поисках комментаторами карикатурных, а не настоящих французских мусульман. Мусульмане во Франции очень похожи на обычных французов, потому что они и есть обычные французы. Чернокожий «желтый жилет» или «желтый жилет»-араб не выделяется из толпы, потому что в ней все выглядят одинаково — там все в светоотражающих желтых жилетах! Давайте не будем забывать, что мусульмане — это меньшинство. Мусульман во Франции примерно такой же процент, как и рыжеволосых потомков кельтов. Откровенно говоря, я видел миллион «желтых жилетов», но не помню ни одного рыжего. Должен ли я на этом основании задавать вопрос: «А почему это французы-кельты не поддерживают движение „желтых жилетов»?» Безусловно, рыжие там есть… и они часто приходят на митинги с кельтской атрибутикой. Таким образом, мусульмане могут привлечь к себе внимание на демонстрациях «желтых жилетов» одним-единственным способом. Им надо быть «мусульманами сверх меры», китчевыми фигурами. Но это довольно абсурдно, такого не будет, и это определенно опасно. Мусульманская атрибутика привлечет к себе негативное внимание, а его мусульмане ощущают на себе и без того сверх всякой меры.

Мусульмане не сомневаются: когда в ход идут дубинки, они получают удары первыми 

А дубинки идут в ход каждую субботу. Французской полиции просто нравится жестоко обращаться с мусульманами. Примерно 70 процентов арестованных полицейскими — это люди мусульманского происхождения. Но не меньше полиция любит отыгрываться и на «желтых жилетах». Насилие со стороны полиции гарантировано в любом городе, который оказывается в центре внимания «желтых» на неделе. А когда полицейские видят мусульманина в желтом жилете, у многих начинает обильно выделяться слюна. Такое же слюноотделение начинается у судей, когда наступает время выносить приговоры. Мусульмане становятся первыми жертвами полицейской жестокости, подтверждает Азерги. «Во Франции они всегда становятся козлами отпущения. Почему протесты „желтых жилетов» должны чем-то отличаться?»

20 апреля полиция в Париже действовала очень жестоко. Медики работали сверхурочно, потому что люди попадали под удары и валились на землю, как мухи. Но я видел только одного человека без сознания, которого несли на носилках. Это был чернокожий, а значит вполне возможно — мусульманин. Такая гарантия двойной порции в виде жестокости полиции и безнаказанности судебной системы является второй и, пожалуй, самой важной причиной, почему мусульмане не выделяются особо на демонстрациях «желтых жилетов».

СМИ хранят молчание по поводу и этого насилия. Говорить о мусульманах и о «желтых жилетах» — это значит нарушить негласный запрет на честное обсуждение узаконенного насилия государства над мусульманским сообществом. Это печальная правда. Одно из немногих обнадеживающих последствий жестокого обращения с «желтыми жилетами»: теперь точно известно, что жестоко обращаются не только с мусульманами. «Франция начинает осознавать эту реальность», — говорит Азерги. Когда во время чрезвычайного положения обыскам без ордера подверглись 4 000 мусульманских семей, Франции было наплевать на насилие полиции. Появилось огромное множество фотографий и видео, на которых полицейские жестоко обращаются со стариками, женщинами и невинными людьми. А мусульмане живут в такой обстановке каждый день. Поэтому они не могут не проявить солидарность с движением «желтых жилетов». 

Рассказ Азерги напомнил мне дело 69-летнего уроженца Алжира Али Зири (Ali Ziri), которого в 2009 году до смерти избили французские полицейские. Насилие полиции — это настоящее табу во Франции, а когда всю силу удара принимают на себя «желтые жилеты», это помогает их братьям и сестрам из числа мусульман.

«Желтые жилеты» недостаточно активно устанавливают контакты с мусульманами 

«Желтые жилеты» не являются исламофобским движением, потому что их требования не имеют никакого отношения к религии и национальной принадлежности. У них требования экономические, политические и социальные. Это классовая борьба. Мысль о том, что «желтые жилеты» должны быть скрытыми исламофобами, поскольку в своей основе это сельское движение, — это мысль старая и абсолютно ложная. В двадцать первом веке в каждой крохотной французской деревушке можно найти хотя бы несколько мусульман. Такие обвинения свидетельствуют о предрассудках в отношении сельских жителей. А во Франции и на Западе в целом сейчас очень модно свысока смотреть на жителей маленьких городков и деревень, почитая их за людей жалких и недостойных.

«Желтые жилеты» доверяют только другим «желтым жилетам». Единственный цвет, который они различают, — это желтый. Меня как сотрудника иранских государственных СМИ объявляют персоной нон-грата на многих демонстрациях якобы левой направленности, да и на настоящих левых демонстрациях тоже. Объясняется это иранофобией и исламофобией. Во Франции меня приветствуют только на демонстрациях в защиту Палестины… А вот теперь и на митингах «желтых жилетов».

Поэтому я понял на собственном опыте: мусульмане могут и должны быть желанными гостями на мероприятиях, проводимых «желтыми жилетами». Однако «желтые жилеты» допускают некоторые ошибки и не принимают некоторые необходимые меры. С самого начала «желтые жилеты» оскандалились тем, что сдали властям несколько мигрантов — просителей убежища. Поначалу это создало впечатление, что в их ряды проникли крайне правые. 

Движение «желтых жилетов» не имеет четкой структуры, но подавляющее большинство в нем осуждает проявления исламофобии и полностью отмежевываются от неприязни к исламу. На упреки они отвечают: «Ну, в любой толпе есть свои идиоты». По этой причине в исламском сообществе сохраняются определенные подозрения. Если «желтые жилеты» организуют марш, посвященный налаживанию связей с мусульманами, я могу пообещать, что там будет как минимум один репортер, развенчивающий лживые обвинения в исламофобии. Остальные французские СМИ… вряд ли они захотят освещать эти мероприятия правдиво и точно.

«Желтые жилеты» проводят множество других демонстраций, посвященных разным темам и проблемам. В феврале им было абсолютно необходимо устроить марш против совершенно ложных обвинений в антисемитизме. Путаницу по вопросу антисионизма и антисемитизма умышленно устроил Макрон, чтобы замазать борцов за права палестинцев: мол, антисионизм у нас теперь считается таким же преступлением, как антисемитизм и другие формы ксенофобии. В этих условиях нетрудно понять, почему мусульмане спрашивают друг друга: «А где же марш за нас?» Действительно, где? Почему нет таких маршей?

Третья причина отсутствия открытой связи и обменов между «желтыми жилетами» и мусульманами состоит в том, что многие мусульмане испытывают неприязнь к лживым пропагандистским кампаниям медийного мейнстрима и что пока «желтые жилеты» не пытаются наладить реальную связь с мусульманской общиной. 

Мусульмане массово поддерживают движение «желтых жилетов»

Когда я спросил Азерги, поддерживают ли мусульмане движение «желтых жилетов», он ответил «да» еще до того, как я закончил свой вопрос.

«К сожалению, ситуация такова, что многие мусульмане поступают вполне реалистично, полагая, что они помогут „желтым жилетам» наилучшим образом, если будут держаться подальше от этого движения. Если мусульмане явятся на их демонстрации и если там случатся драки или будет нанесен ущерб имуществу, мы прекрасно понимаем: СМИ тотчас обвинят во всем „воинствующих исламистов». А это станет ударом по имиджу „желтых жилетов». Такие высказывания мы уже слышали, и не раз». 

Азерги прав. В прошлом году появились нелепые конспирологические теории о том, что движением «желтых жилетов» заправляют «Братья-мусульмане»* (запрещенная в России организация — прим. ред.). Это неприятно. Но мусульмане все равно должны участвовать в протестах, несмотря ни на что. И здесь мы подходим к четвертой причине, по которой мусульмане не участвуют массово в демонстрациях «желтых жилетов». Им никогда не позволяли участвовать во французской политике, их от этого отговаривали, и у них не было для этого мотивации. Почему на сей раз все должно быть иначе? В конце концов, мусульмане на протяжении десятилетий находились во Франции в подполье.

Открыто они выступили только в 1985 году, начав кампанию под лозунгом «Не трогай моего друга». Потом Николя Саркози пришел на пост министра внутренних дел. Потом при Франсуа Олланде исламофобия стала господствующей тенденцией. После этого Макрон ввел чрезвычайное положение, превратив в норму нападки на мусульман. Все это укрепило мусульман в мысли о том, что их участие во французской политике нежелательно и вредно. Так что, безусловно, французские средства массовой информации не хотят говорить о мусульманах и о «желтых жилетах», потому что это напомнит Франции о том, что она не сумела подключить мусульманскую общину к политике.

Франция любит контролировать, подавлять мусульман, господствовать над ними. Давайте не будем делать вид, будто неоимпериализм во Франции не существует. Он там живет и здравствует. Давайте не будем делать вид, будто медийный мейнстрим заботится не о политическом мейнстриме, а о мусульманах и о демократии. В кабинете у Макрона нет ни одного министра-мусульманина. Между тем если бы на выборах победила Марин Ле Пен, она бы точно взяла к себе в кабинет министров — хотя бы для вида — нескольких мусульман. «Желтые жилеты» и мусульмане — это две самые крупные группы во Франции, которые страдают от социально-экономической маргинализации. Нет никаких сомнений, что со временем они станут открытыми политическими союзниками.

У нас за плечами — пять месяцев доказательств (выступлений «желтых жилетов» — прим. ред). Заявления о том, что движение «желтых жилетов» своим участием отравили крайне правые, явно преувеличены. Если оно немедленно наладит контакты и взаимодействие с мусульманами, его прогрессивная классовая основа левой направленности станет еще заметнее. 

Однако существует масса препятствий, мешающих мусульманам открыто присоединиться к движению «желтых жилетов», а именно: ведущие средства массовой информации, большая политика, отсталые методы работы полиции и судебных органов. Но «желтые жилеты» (как индивидуально, так и коллективно) в этом не виноваты. Реальность такова, что если движение «желтых жилетов» не примет на вооружение открытую политику против исламофобии, оно никогда не добьется успеха. Как оно сможет добиться успеха, если в нем не участвуют огромные массы людей? Кроме того, его нельзя будет считать движением левых. Как можно называть движение левым, если для него важнее не классовая принадлежность, а раса, религия или национальность?

Но у меня такое ощущение, что «желтые жилеты» являются поистине левым движением, и что они добьются успеха. Вопрос не в том, кто сделает первый шаг, потому что мусульмане уже участвуют в движении «желтых жилетов». Но обеим сторонам надо налаживать сотрудничество и взаимодействие на благо Франции, еврозоны, Евросоюза и всего мира.

Рамин Мазахери — главный корреспондент «Пресс ТВ» в Париже. Он живет во Франции с 2009 года. Мазахери работал репортером ежедневной газеты в США, готовил репортажи из Ирана, с Кубы, из Египта, Туниса, Южной Кореи и других стран. Он автор книги I’ll Ruin Everything You Are: Ending Western Propaganda on Red China (Я разрушу все, что у вас есть. Конец западной пропаганде против красного Китая). Статьи Мазахери публиковали самые разные журналы и вебсайты.    

Источник: inosmi.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.