Rebelión (Испания): действительно ли американские войска освобождали концлагерь Маутхаузен?

Во многих европейских странах отмечается победа союзных войск над гитлеровской Германией во II Мировой войне, что особенно важно, когда вновь поднимает голову фашизм, и распространяются разного рода мифы. Опять будут говорить о значении высадки союзных войск в Нормандии и принижать факт освобождения большей части Европы войсками СССР, который заплатил за победу страшную цену в 27 миллионов человеческих жизней.

Почти ни слова не будет сказано о том, как правительства союзных стран игнорировали призывы СССР об открытии второго фронта и осуществили Операции «Оверлорд» лишь в июне 1944 года с единственной целью не допустить вступления частей Красной Армии в Берлин, но не добились этой цели.

Легенды о якобы решающем вкладе США в победу, которые стремились переформатировать Европу по своим лекалам, в частности, при помощи НАТО, содержат один эпизод, имеющий для нас особое значение: мнимое освобождение концлагеря Маутхаузен американскими войсками.

Эти домыслы повторяются, несмотря на хорошо известную фотографию, на которой в концлагерь американская бронетехника подъезжает к воротам лагеря, у которых стоят сотни бывших узников, а над воротами виднеется огромный плакат: «Испанские антифашисты приветствуют освободителей». Напрашивается вопрос: кто освободил Маутхаузен к моменту прибытия американцев?

История деятельности группы сопротивления внутри концлагеря, во главе которой стояли испанские коммунисты, подтверждена документальными свидетельствами и имеет огромное значение.

В Маутхаузене, в отличие от других немецких концлагерей, где сопротивление истреблению людей практически отсутствовало, в течение четырех лет сложилась крепкая международная подпольная организация, которая спасла сотни человеческих жизней и освободила лагерь до прибытия союзных войск.

Участниками подвига, неизвестного большинству людей и совершенного в тяжелейших условиях, были многие испанцы.

Существует целый ряд документов, но, несомненно, самым известным является рассказ испанского коммуниста Мариано Константе (Mariano Constante), также известного под псевдонимом «нотариус из Маутхаузена». Этот рассказ и лег в основу моей статьи.

Подпольная организация

Организация начала создаваться 22 июня 1941 года. Гитлеровские войска оккупировали одну страну за другой, развязали агрессию против СССР. Казалось, что мир рушится. В тот вечер немцы решили произвести дезинфекцию лагеря и согнали всех узников в гаражи. Они находились там без одежды в сильный мороз. Именно тогда члены Компартии Испании решили организоваться, избрать восьмерых в руководство и попытаться привлечь в свои ряды других соотечественников.

Было создано ядро Международного комитета Маутхаузена. Его главной целью было поддержание морального духа и моральных принципов в обстановки творившихся зверств. Вот что пишет по этому поводу Константе: «Необходимо было довести до сознания узников, что для борьбы внутри лагеря требуются непреклонная воля и уверенность в окончательной победе; противодействие попыткам СС, стремящихся сломать политзаключенных; всеобщая солидарность при любых обстоятельства и в любой момент; отпор уголовникам, пытающимся отобрать у нас нашу скудную пищу; внедрение надежных испанцев в те места работы, где есть возможность помочь остальным, по возможности, также в бараках; сбор информации и наблюдение за эсэсовцами с целью прогнозирования их действий; установление контактов с политзаключенными из других стран.

Члены комитета обеспечивали дополнительное питание наиболее ослабленным, старались освобождать их от наиболее тяжелых работ, продвигать своих людей на должности, которые обеспечат наибольшую мобильность внутри лагеря, прятать больных, чтобы их не ликвидировали, совершать мелкие диверсии, в частности, порчу инструмента, «нанося тем самым пусть и небольшой, но ущерб военному потенциалу Третьего рейха».

Постепенно организация стала расширяться после прибытия в начале 1942 года политзаключенных изо всех европейских стран, некоторые из которых когда-то сражались в составе Интербригад. Подпольщикам удается внедрить своих людей на кухню, уборку помещений, медпункт и администрацию. Постепенно система выстраивалась. Во втором полугодии 1942 года, когда в лагере совершались пытки и убийства, сообщения о яростном сопротивлении советских войск и последующем разгроме фашистов под Сталинградом укрепили уверенность в победе среди тех, которые верили в нее, когда в кромешном мраке еще не было ни луча надежды.

Прибытие — в период 1943 и 1944 годов — крупного контингента депортированных французов, социалистов, священнослужителей и особенно бойцов Сопротивления, привело к укреплению Международного комитета и, что особенно важно, к созданию Международного военного механизма (МВМ). Уроженец Арагона Мигель Малье (Miguel Malle) стал начальником штаба МВМ, в который входило четыре человека. Среди них были Артур Лондон, чешский командир Интербригад, и Мариано Константе. В МВМ вошел также советский полковник Пирогов.

Сеть укреплялась, несмотря на то, что постоянно несла потери. Подпольщикам удалось получить доступ к радиоприемнику, который держали у себя охранники, и при его помощи слушать передачи из Лондона и Москвы. Через несколько месяцев, помимо постоянного хищения оружия у немцев, организации удается заполучить собственный радиоприемник, который пронесли у ведре с мусором.

В апреле 1945 года, когда немецкие войска терпели неудачу за неудачей (американцы бомбили близлежащий город Линц, а советские заняли Вену), поступило сообщение о том, что комендант лагеря Цирайс (Ziereis) получил приказ Гиммлера о ликвидации всех заключенных. Воспользовавшись сигналом воздушной тревоги (настоящей или ложной), их предполагалось согнать в огромные корпуса, оборудованные самими же заключенными. В эти корпуса предварительно должны были закачать газ и затем взорвать.

Подполье стало работать еще более напряженно, активно собирая информацию при помощи тех, кто убирал кабинеты, нес ночное дежурство. Фотограф Пако Буа (Paco Boix) тайно доставал документы и фотографии, рассказывавшие о зверствах фашистов и визитах фашистских главарей. Члены Комитета особенно следили за соблюдением внутренней дисциплины и конспирацией.

Освобождение

В конце апреля комендант Цирайс отдал приказ направить испанцев на борьбу с советскими войсками, приближавшихся к Маутхаузену. С башен на испанцев были нацелены пулеметы. Никто из них не сделал ни шага вперед. «В той обстановке все могло произойти. Полностью это осознавая, мы были готовы все поставить на карту. Оружие и бутылки с бензином у нас были наготове. Видя, что ему нас не сломать, Цирайс приказал разойтись. Я уверен, что он испугался».

КонтекстГордон: они прошли через лагеря Третьего рейхаГордон09.05.2019Выжившая в ОсвенцимеFrankfurter Rundschau18.02.2018Освенцим, лагерь смертиLa Stampa27.01.2017В Германии расследуют преступления 50 бывших надзирателей Освенцима07.04.2013Через несколько дней эсэсовская охрана была заменена гражданской охраной из Вены. «Некоторые из эсэсовцев, схваченные после освобождения, подтвердили нам, что Цирайс боялся всеобщего восстания и предпочел вместе со своими эсэсовцами удалиться в поселок Маутхаузен». Представители Международного комитета принудили гражданскую охрану сложить оружие.

5 мая 1945 года, незадолго до 2 часов пополудни, две бронемашины и один джип американской армии въехали на территорию лагеря. Охрана сбежала, побросав оружие.

Огромный транспарант, приготовленный и вывешенный испанскими республиканцами, был сфотографирован и приобрел мировую известность.

Когда Международный комитет обратился к американцам, чтобы узнать об их намерениях и рассказать обстановку, старший офицер заявил, что это разведывательный дозор, который отклонился от маршрута, а американские войска находятся в 40 километрах. После того, представители Международного комитета сообщили о том, что эсэсовцы находятся недалеко, «американцы тут же убрались, даже не зайдя на территорию лагеря. Они пообещали скоро вернуться с необходимым вооружением, чтобы защитить нас. Так образом, мы остались один на один с развитием ситуации…»

«В лагере царила полная неразбериха. Некоторые узники ворвались в оружейную комнату, другие потрошили склады эсэсовцев, где оставалось немного продовольствия. К счастью, у нас была отличная организация и дисциплина военного времени. Члены МВМ оставались на своих местах, в ожидании приказов от нашего штаба. Быстро собрали командиров, чтобы поставить перед ними боевые задачи, и через несколько минут все распоряжения были исполнены». Внутренний порядок был восстановлен, и там, где раньше располагались эсэсовцы, отправлявшие узников в газовые камеры, теперь расположился международный штаб.

Однако борьба не закончилась. Испанские и советские бойцы Маутхаузена вступили в бой с немецкими частями, отступившими из Чехословакии, и обратили их в бегство. Войска под командованием Цирайса и Бахмайера (Bachmayer) находились на другом берегу Дуная и готовились к атаке на Маутхаузен. Чтобы этого не допустить, нужно было перехватить у них инициативу и не дать им переправиться через единственный неразрушенный мост, железнодорожный. Бои, которыми руководил международный штаб Маутхаузена (в них принимали участие прежде всего советские, испанские и чешские бойцы) не дали немецким «Тиграм» пройти через мост.

6 мая немцы предприняли ряд попыток перебраться через Дунай, но потерпели неудачу, хотя и имели танки, артиллерию и пулеметы. У бойцов Сопротивления Маутхаузена были лишь пулеметы и ручные противотанковые гранатометы, которые они похитили у немцев и применяли впервые.

Обстановка была критической, и восставшие долго продержаться не могли. В этой связи ими было принято решение взорвать мост, используя взрывчатку, заложенную самими же фашистами.

Удар, нанесенный советскими войсками из бассейна реки Энс, вынудил немецкое командование перебросить туда свои войска, в результате чего натиск на восставших узников Маутхаузена ослаб, но схватка все равно продолжалась. «Это было самое что ни на есть Вавилонское столпотворение, где нам приходилось переводить все отданные приказы. Немецким войскам повсеместно были отданы приказы о сдаче, а Берлин уже заняли советские войска.

Но мы продолжали сражаться. Другого выхода не было. Мы первыми выступили против фашистской армии и последними должны были выпустить из рук оружие». Наконец, появилась колонна американских танков, и сражение закончилось.

Долгий путь ожидал испанских республиканцев, пока их не приняла Франция. Но это уже другая история.

Этот рассказ не имеет ничего общего с официальной историей. И все же эту борьбу возглавили испанские коммунисты, а участвовали в ней те, кто решил не сдаваться и противостоять отчаянию и смерти.

Это было историческое продолжение Гражданской войны в Испании на европейской территории против фашистской Германии. В этих сражениях использовался боевой и организационный опыт, приобретенный Интербригадами в Испании. Восставшие были убеждены, что разгром самого сильного противника возможен при наличии несгибаемой воли к сопротивлению и способности организоваться, чтобы победить.

Возможно, именно поэтому официальная история так старательно замалчивает подобные подвиги. Нас хотят видеть поверженными, ни на что не способными и невежественными. Перед нами стоит задача восстановить красную нить исторической преемственности в борьбе, не только отдать заслуженную дань героям той эпохи, но и понимать, откуда мы и кто.

Примечание: Часть сведений я почерпнул из рассказов брата моей матери Томаса Мартина (Tomás Martín), представителя Коммунистической партии Испании в Международном комитете Маутхаузена. Мариано Константе и Мигель Малье считали его своим братом.

Я написал биографический рассказ о политическом измерении его жизни под названием «Голос, которым я обязан тебе» (La voz a ti debida). Это рассказ о человеке, но также и о героизме, боли, идеологической стойкости и солидарности тысячи мужчин и женщин самого лучшего поколения в нашей истории.

Источник: inosmi.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.