The Times (США): «Игра престолов» подошла к восьмому сезону — и я жду ее с нетерпением

В прошлом году я сидел на пышной церемонии награждения рядом с прекрасной актрисой, которая сказала мне, что исполняет роль в «Игре престолов». «Да, я знаю!» — солгал я, хотя не узнал ее, и это меня раздражало. Мы проболтали примерно с час, и тут я не вытерпел. «Извините, а кого вы играете в картине?— спросил я. «Куэйту», — сказала она, тоже немного раздраженно, после чего мне пришлось ее успокаивать восклицаниями типа «Ну конечно! Просто вы немного по-другому выглядите!» Затем я отправился в туалет, где немного погуглил и нашел эту самую Куэйту. Оказалось, что эта заклинательница теней известна главным образом по маске, полностью скрывающей ее лицо. Ну и ну.

Я люблю «Игру престолов». Но одних этих слов недостаточно. Я также люблю левантийский сыр халуми, но я очень редко думаю о нем по ночам, не в силах заснуть. Это может показаться извращением, но я думаю не о сценах, не о сюжете. Я думаю о географии. О Королевской Гавани, об утесе Кастерли, о более далеких городах, о том, кто там побывал и почему. Я думаю о героях, о домах, о символах, о знаках. О структуре всего этого, о Королевской гвардии в золотом и о Ночном дозоре в черном. О том, как дорниец сражается копьем, которое он называет топором; как дотракиец встает в седле, чтобы выпустить стрелу. Честно говоря, мой мозг до отказа забит этими деталями. Иногда я думаю, что моему мозгу надо бы заняться чем-то более полезным. Брекситом, например. Запомнилось бы намного меньше.

Будут спойлеры, но к восьмому сезону я уже настолько проникся творением Джорджа Мартина, что меня это даже немного тревожит. На экране, а тем более в неоконченных книгах эта история стала слишком огромной, и закончить ее непросто. Даже последний сезон, говоря откровенно, немного перегружен. Половина важных героев, которые еще живы, очень торопятся перебить вторую половину, чтобы попасть в финал.

Сколько людей погибло! Нед мертв дольше, чем жил. Уолдер Фрей мертв, Тайвин Ланнистер мертв, Джоффри мертв, Болтоны тоже мертвы. Даже Лютоволки в основном умерли. И это только те, кто не восстал из мертвых сразу же. Восточный дозор у моря не только имеет название, заставляющее думать, что там все голосуют за Партию независимости Соединенного Королевства. Нет, его захватили целые армии мертвых — точно так же, как это делает UKIP. Мертвых я не понимаю. Особенно когда они такие костлявые. Я не понимаю, как у них не отваливаются руки и головы.

Знаю, знаю, это смешно и нелепо. Зима уже наступила, а Джон Сноу все еще ходит без шапки. У многих героев такие имена, над которыми можно только посмеяться, скажем Дикон. Когда Дейенерис, Мать драконов называет их «мои дети», я прекрасно понимаю, насколько ей некомфортно, ибо в этой ситуации она очень похожа на старого гомосексуалиста, рассказывающего о своих кошках. И тем не менее, этот мир цепляет и завораживает. И не отпускает.КонтекстThe Telegraph: кто настоящие родители Джона Сноу?The Telegraph UK04.04.2019Telegraph: зажигательный финал «Игры престолов»The Telegraph UK01.04.2019Стена в «Игре престолов»: что означает ее разрушение (Telegraph)The Telegraph UK30.03.2019

Попробуйте. В первом сезоне магии почти нет. Любой монстр это недоразумение, а драконы — они из легенд. Но только до завершающей сцены на десятом часу показа, когда Дейенерис вместе со своими драконами выходит из огня. Это откровение.

Попробуйте на вкус аллегорическую идею о зиме и лете, где каждый сезон может длиться непредсказуемое количество лет. Это больше похоже на экономические циклы, чем на метеорологию, ибо зима несет с собой не только снег и лед, но и войны со страданиями. Или вот еще. Да, это мир карликов, эльфов и гигантов, но ни один из них не подчиняется обычным правилам фэнтези. Например, там есть только один по-настоящему важный карлик, и борода у него небольшая. И он вовсе не веселый и общительный, а вечно пьяный, презирающий самого себя плод трудных родов, которые убили его мать. Гиганты там — незащищенное этническое меньшинство, а эльфы вообще какие-то жуткие, маленькие и зеленые. И откровенно говоря, они не очень важные.

Или возьмем то обстоятельство, что в фильме нет никаких волшебников. Но есть мейстеры, который являются прямой противоположностью волшебников. Вместо того, чтобы заниматься неубедительной магией и игнорировать очевидную реальность науки, они занимаются неубедительной наукой и презирают волшебство. Они кладезь уважаемой мудрости в Вестеросе, но они почти все без исключения идиоты и обманщики, потому что никакой мудрости у них нет. Но этого никто не замечает. Дело в том, что хотя в этом мире ходят ледяные люди, мертвые оживают, убийцы носят лица других людей, а рыжие ведьмоподобные женщины производят на свет таинственных королей весьма необычным способом, в Вестеросе царит славный дух самоотрицания. Точно, немного похоже на Брексит.

И наконец, задумайтесь над тем, какой это огромный мир. Он просто гигантский. Есть Вестерос, о котором идет повествование, но есть и другие места, вполне реальные, со своими языками, обычаями, экономиками и валютами. Вспомните, например, удаленный полярный остров Иббен, который в романе упоминается мельком. Но если вы пожелаете с ним познакомиться, то узнаете, что там живут невысокие и волосатые люди, занимающиеся в основном китобойным промыслом, что они хорошие борцы, сражающиеся за право спариться с кем угодно. Почему-то Мартин решил, что должно быть так, а не иначе. Почему? Бог знает. А Мартин знает.

В этом весь смысл «Игры престолов», который совершенно неправильно понимают люди, никогда не смотревшие этот фильм. Когда они заявляют, что этот фильм не для них, что им не нравится фэнтези, они совершают ошибку, которая сродни отказу смотреть «Бегущего по лезвию», потому что им не по душе Флэш Гордон. Романы и фильм переливают кровь друг в друга, и в отличие от большинства экранизаций, между ними нет значительных противоречий. Но скажем честно: романы Мартина читают только фанаты фэнтези, а сериал вырывается за рамки жанра. Подобно лучшим образцам аллегорической беллетристики, он засевает нас своими благодатными семенами, позволяя им прорасти и дать побеги.

Моя самая любимая песня — это «Дама и солдат» Сюзанны Веги. Вы ее знаете? «Издалека пришел приказ, и был солдат убит». Когда я услышал ее впервые, у меня замерло дыхание. Как точно, как сюрреалистично передана печаль дамы червей! В юности я не был фанатом игры «Вархаммер» (Warhammer). Мне нравились сюжеты и масштаб игры, но я не выносил все эти плохо покрашенные кубики и фигурки. В фильме все иначе, реальнее. Плоть и кровь. Иногда много плоти и крови. Как же я буду скучать по «Игре престолов», когда все закончится!

Премьера первого эпизода восьмого сезона состоится 15 апреля.

Источник: inosmi.ru

Ещё новости

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.